ИГРА ПИРИСТОЛОВ (В. Рыбников)

ИГРА ПИРИСТОЛОВ (В. Рыбников)


Общественно-политическое фентези про реформы и методы их достижения, которые хочет народ. Действие сказки происходит в параллельном мире, не имеющем ничего общего с реальностью, совпадение имен персонажей с именами действующих политиков является случайным, все события, описанные ниже, — циничная брехня.
Великий Дом Гадюк

Выдающийся реформатор Михо Саахашвили склонился над картой Украины в нумерах львовского отеля "Леополис" и, ткнув указательной чурчхелой куда-то в район Бердичева, азартно сказал:

- А вот здэсь я паустрою аутобан "Недрыгайловка — Вашингтон"! Этот бальшой рыформа пазволит нам разгрузыть баржу с арбуз и разрушит власть бариг здэсь, здэсь и здэсь. И здэсь. А здэсь я асушу каррупционное болото бариг и паустрою ныбаскроб, элэктрический касмадром на ваздушной падушке, а потом атберу дэнги у бариг и атдам их...

- Мне, — радостно сказал популярный политик Валентин Подлипайченко, — мне, мне всегда хотелось участвовать в таких грандиозных реформах!

Саахашвили поднял на него тяжелый взгляд красных от бессонницы глаз, с кончика носа на карту упала крупица белой пудры.

- Ты кто такой и как ты сюда попал, барига? — подозрительно спросил он, хватая со стола статуэтку "Трамп и его лучший друг и наставник Саахашвили играют в гольф на лужайке перед Белым домом". — Ты циничный барига пришол бросить мэня в застэнки бариг?

- Нэт! — вскрикнул Подлипайченко, у которого от волнения внезапно прорезался реформаторский акцент. — Нэт-нэт!.. Но я думаю, ваше сиятельство, что Тымашенко не любит рыформы так сильно, как мы с вами. У этой женщины есть двойное дно.

- Ай, чыпуха, аткуда у нее дно, — отмахнулся великий реформатор, но Подлипайченко услышал в его голосе тень сомнения и незаметно улыбнулся коварной улыбкой.

Саахашвили встал из-за стола и нервно прошелся по комнате, рассматривая многочисленные картины на стенах.

- Вот сматри, вот на этой картине Трамп зауязыуает мне шнурки на ботинках, — закипая, сказал великий реформатор. — А вот тут я уыигрыуаю у Кеннеди в пирифиранс Мирилин Монро, здэсь Чэрчиль падкуриуает мне сигару не тем концом, очень рэдкая картина, тут я сбиваю дэсять самалет Путина из риуальуера, а вот здесь, — Саахашвили со значением поиграл бровями, — я растолкоуыуаю Обаме, как надо прауильно делать реформы, потому что один я знаю, как прауильно делать реформы, асобенно в Украине.

- Конечно, вы же украинец, — с уважением сказал Подлипайченко.

- Вот именно! — воскликнул Саахашвили. — Я украинец больше, чем все украинцы уместе взятые, я лублу украинский народ, и видишь мой одиннадцатилетний сын? Мой одиннадцатилетний сын очень украинец, правда, сын?

- Excuse me? — рассеянно спросил сын.

Великий Дом Жаб

- Иди воруй! — заорал выдающийся защитник родины Парошенко, грохнув кулаком по столу президентского кабинета.

— Иди воруй, я сказал!

- Не буду, — угрюмо сказал Гройссман.

- А я говорю воруй! — наседал Парошенко. — А то Путин нападет.

- А я говорю не буду! — огрызнулся Гройссман. — Я с коррупцией бороться буду.

Все засмеялись.

- Бе-бе-бе, — сказал Авваков. — Бе-бе-бе.

- Что бе-бе-бе? — неожиданно взорвался Парошенко. — Кто бе-бе-бе?! Кто велел поезд с реформатором сраным остановить? Кто придумал это позорище? Я, что ли?

- Ну а кто? — вопросом на вопрос ответил Авваков.

- А я не знаю! — запальчиво сказал Парошенко. — Ты мне скажи. А пограничников кто заминировал?

- Говорят, что Киви, — буркнул Гройссман.

- Молчать! — снова грохнул Парошенко. — Что это еще, бл#, за Киви такое?

- Оно сейчас львовскую Ратушу минирует, — тихо, но веско сказал Авваков. — Я докладывал.

- Ничего ты мне не докладывал! — громко отчеканил Парошенко, посмотрев почему-то на потолок. — Я вообще Винницу с днем города поздравлял и ничего не знал.

- Да как же ж не знал, если это я не знал! — возмутился Авваков.

- Кажется, здесь кто-то хочет подставить президента, — промурлыкал Гройссман. — Интересно девки пляшут.

- Ах ты сука-бл#дь, — устало сказал Авваков и бросил в Гройссмана стаканом. Парошенко почему-то ойкнул и спрятался под стол.

В кабинет ворвался распатланный Луценго с пылающим лицом.

- Вы видели, что в стране творится? Быстрее включайте телевизор! — закричал он и пошатнулся под грузом ответственности.

Великий Дом Гадюк

- Вах, какая харошая, усеобъемулущая рыформа, — удовлетворенно сказал Саахашвили, рассматривая себя в телевизоре. — Кому кто хочет грузинского вина?

- Мне! — жадно выдохнул Подлипайченко. — Я!

- Сразу видно — барига, — удовлетворенно оскалился Саахашвили. — Я вас, бил#дей, насквозь вижу. Эй, Давит!

Из-за шторы возник мрачный, как смерть, личный палач великого реформатора Давит Акварелидзе. В одной руке у него была удавка, а в другой — раскаленные клещи.

- Дарагой Давит, пожалуйста, пытай и потом зарэж этот нэпонятно как затесавшийся ко мне барига, — вежливо попросил Саахашвили, смахивая с кончика носа крупицу белой пудры.

- Нэт! — в ужасе закричал Подлипайченко.

- Ну нэт так нэт, — лениво засмеялся Саахашвили и махнул рукой. Акварелидзе мрачно кивнул и исчез за шторой.

"Сегодня великий реформатор Михаил Саахашвили объявил о создании Львовской реформаторской республики, — сообщила дикторша телеканала "НьюсИван". — В планах выдающегося государственного деятеля — поход на Киев во имя избавления многострадального народа Украины от власти барыг, а также олигархов Ахмедова и Коломойс... нет, пока только Ахмедова. И криминальные новости. Сегодня террористы из Первой радикально-партизанской армии имени Левы Задова закололи вилами дойную корову олигархов. На месте происшествия найдена визитная карточка Олега Ляжко..."

- Ах ты жулик казнокрад! — возмутился Саахашвили, выключая телевизор. — Нымедленно послать за этим Ляжко разъяронный украинский народ! Пусть схватит его без спросу, отнесет на руках и утопит в ближайший рэка!

В дверь нумера постучали, вошел комбат Семен Семенович Семененченко.

- Ваше сиятельство, — сказал комбат, — разрешите обратиться.

- Обращайся, накаченный ублюдок, — кивнул Саахашвили.

- Грызлов настаивает на вашем участии в минских переговорах на правах непосредственной стороны переговоров и предлагает взаимовыгодный инклюзивный диалог, — по-военному отбарабанил Семененченко. — И еще к вам мэр Львова Андрей Мусоргский.

- Проси, — подбоченился Саахашвили.

Вошел мэр Мусоргский в новой вышиванке по мотивам украинской народной песни "Сулико". Лицо национально-ориентированного политика было бледным, как пудра реформатора, со лба стекал холодный пот.

- Гавари, — милостиво сказал великий реформатор.

- Думаю, гости переночуют и утром поедут в столицу, — еле слышно пробормотал Мусоргский.

- Чито-чито? — зловеще переспросил Саахашвили. — Павтари, дарагой, я не слышу.

- Думаю, гости переночуют и утром поедут в столицу, — еще тише сказал Мусоргский. — Думаю, поедут. Поедут, думаю.

- Уважаемый Давит, послушай, пожалуйста, что говорит этот барига, — ласково сказал Саахашвили, — а то я что-то плохо стал слышать.

Из-за шторы возник широко улыбающийся Акварелидзе. В одной руке он держал топор, а в другой — красный воздушный шарик.

- Мы все здесь летаем, — вкрадчиво пропел он. — Хочешь летать с нами, Андрей? Тогда повтори, что ты сказал.

- Думаю... Думаю, гости переночуют и...

- Арэстовать барига прыдатель, казныть, канхвисковать! — проревел Саахашвили.

Акварелизде кивнул и улыбнулся еще шире.

- Ни с места, — тонким голосом сказал Мусоргский. — Вы арестованы за попытку государственного переворота! Семен, арестуй изменников.

Комбат Семененченко неожиданно шагнул к мэру и приставил к его горлу зарегистрированный охотничий карабин "Сайга".

- Я же предупреждал, что нельзя верить народным депутатам, — коварно сказал Семененченко, преданно косясь на Саахашвили.

- Ай, какой хараший рыформа, — засмеялся Михо. — Прямо какая-то игра пиристолов! Отрубите изменнику голову на площадь Ринок.

На столе перед великим реформатором зазвонил телефон.

- Алло, это горячая линия по возвращению меня в Украину! — сказал Саахашвили в трубку. — Ну что, барига, доигрался?

Великий Дом Жаб

- Бл#, что делать, что делать? — истерически кричал Гройссман, метаясь по президентскому кабинету, будто загнанный лев. — Центральный выход наверняка уже перекрыт, здание окружено, я в окно, гори оно огнем, нет, высоко!

- Та ничо не высоко, если что, я подтолкну, — глумливо сказал Авваков, затягиваясь; пальцы его, держащие сигарету, едва заметно подрагивали. — Может, разъяренный народ удовлетворится тобой на первое время, ты все же довольно упитанный мужчина.

"Как сообщает король реформаторов Михаил Саахашвили, горячо любимый им народ Украины, возмущенный отбором гражданства у Михаила Саахашвили, идет штурмовать Киев, чтобы очистить Украину от власти бариг и почти всех олигархов, — говорила по телевизору ведущая канала "НьюсИван". — Москва выражает глубокую озабоченность гражданской войной в Украине, экс-премьер-министр Украины Николай Азиров прервал свой визит в туалет, чтобы..."

- Пацаны, слушайте анекдот, — меланхолично сказал Луценго, неприкрыто отхлебывая из горлышка. — Заходит такой чувак в камеру и говорит: "Кто тут петух?! Теперь я тут петух!"

- Аааа! Да здравствуют реформы и ремонт дорог! — дико закричал Гройссман и бросился было в окно, но Авваков брезгливо поймал его за ремень брюк.

- Та тихо ты, истеричка, я же пошутил, бе-бе-бе, — сказал Авваков.

- Что бе-бе-бе, кто бе-бе-бе! — заорал Парошенко, выглядывая из-под стола. — Я вообще ничего не знал! Сука, узнаю, кто лишил Мишу гражданства, — убью! Собственными руками задушу собаку бешеную!

- Да, хотелось бы, конечно, это знать, — печально сказал Луценго и, не выдержав, засмеялся.

- Вот же как подставляет, скотина, — растерянно пробормотал Парошенко. — Ладно, мне позвонить надо кой-кому, чтоб все тут молчали, бл#дь.

Авваков козырнул и тоже засмеялся.

Достав из кармана мобильный телефон, выдающийся защитник родины заперся в комнате отдыха и набрал личный номер великого реформатора Михо Саахашвили.

Великий Дом Жаб, Великий Дом Гадюк

- Алло, это горячая линия по возвращению меня в Украину! — сказал Саахашвили в трубку. — Ну что, барига, доигрался?

- Миша, давай по-новой, все х#йня, — бухнул Парошенко, не здороваясь. — Черт знает что получилось.

- Нычиво я ны пауйму, — сказал Саахашвили.

- Чего?! — взревел Парошенко.

- Нычиво, — сказал Саахашвили. — Ны пауйму я нычиво.

- Миша, — зловеще прошипел президент, — ты что, забыл? Мы же с тобой эту реформу вместе разрабатывали... Мы же договорились, что замутим вот это вот все с твоим гражданством, чтоб тебе рейтинг поднять, чтоб ты Юльку потом в бараний рог...

- Нычиво я ны пауйму, — сказал Саахашвили.

- Ах ты гад, — потрясенно выдохнул Парошенко. — Ах ты гад! Мы же с тобой договаривались...

- Нычиво я ны пауйму, — сказал Саахашвили. — Ты власть бариг, ты будешь гнить тюрьма, а я уместо тебя буду уделать рыформа для украинский народ, который я очинь, очинь луюблю. Шоколадна дупа, шоколадна дупа, бе-бе-бе!

- Кто бе-бе-бе?! — взревел Парошенко. — Я бе-бе-бе?!

Но выдающийся реформатор уже дал отбой.

Великий Дом Жаб

- Чего ржете, суки?! — заорал Парошенко, влетая в рабочий кабинет. — Валить надо!

- Куда валить?! — заламывая руки, воскликнул Гройссман. — Под окнами стоит Первая радикально-партизанская армия имени Левы Задова! Грузины реформируют Троещину! Полковник Гриценкин покинул страну на собачьих упряжках!

- Меньше телевизор смотри, паникер, — с легким презрением сказал Авваков, и все машинально посмотрели на телевизор.

"Как нам только что сообщили, экс-премьер-министр Украины Николай Азиров со своими сторонниками прорвались через пограничный пункт пропуска "Довжанский", — радостно сообщила ведущая телеканала "НьюсИван". — Возмущенный российский народ с зарегистрированными охотничьими танками несет Азирова на руках прямо в Киев!"

- Слышь, Петр Алексеевич, — подозрительно сказал Авваков, роясь в ящике стола в поисках коробки с наградными пистолетами, — а ты только с Мишей мутил?

- Бе-бе-бе, — возмутился Парошенко. — Мне надо позвонить.

У Азирова почему-то было занято.

Великий Дом Гадюк

- Скоро тут нычего не будет — адни сплошные рыформы! — мечтательно говорил Саахашвили, с притворным удовольствием прихлебывая из рога львовскую каву. — Заборы ломать буду, визде выступать буду, Машу Гайдар прывозить буду!

В дверь нумера постучали, вошел министр обороны реформ Семен Семенович Семененченко в штанах с лампасами и каракулевой балаклаве.

- Что тебе, накаченный ублюдок? — милостиво спросил великий реформатор.

- Разрешите доложить, пришла Мать драконов, — во-военному отрапортовал Семененченко.

Глаза Саахашвили возбужденно вспыхнули, с кончика носа упала крупица белой пудры.

- Ага, — протянул он, многозначительно переглянувшись с Валентином Подлипайченко. Подлипайченко коварно кивнул.

Мать драконов ворвалась в нумер, сияя ослепительной улыбкой.

- П#здец! В стране бардак! — радостно объявила Тымашенко с порога. — Парошенко низложен, Ляжко переоделся женщиной и снимается прямо на Крещатике, полковник Гриценкин покинул страну на воздушном кубе, Владимир Владимирович выражает глубокую озабоченность и предлагает помочь с рыболовными клюшками, я достала новую пудру!

На последних словах Матери драконов подозрительное выражение на лице Саахашвили сменилось неприкрытым энтузиазмом.

- Ах, какая хорошая рыформа! — воскликнул он. — Смерть баригам, показывай!

Тымашенко торжествующе достала из сумочки пудреницу и с почтением протянула ее великому реформатору.

- Вот, извольте заценить-с.

Саахашвили умело открыл перламутровую коробочку, сунул в нее нос и с наслаждением понюхал.

- Ах, какой запах, — сказал он. — Импортная.

- А то, — подбоченилась Тымашенко. — Херни не держим. Ну что, давайте власть делить. Предлагаю вам, уважаемый Михаил, сложный и ответственный пост губернатора Непозбувной Бентеги.

- А это где? — вяло спросил Саахашвили.

- Хи-хи, — сказала Мать драконов.

- А я предупреждал, — упавшим голосом сказал Валентин Подлипайченко.

Семен Семененченко выстрелил в него из зарегистрированного охотничьего карабина.

- Ой, это не я, — сказал Семененченко. — Это народ Украины сделал. Народ устал от беззакония.

- Уважаемый Давит, — прошептал Саахашвили, сползая с кресла на пол. — Дарагой Давит, эта сука отравила меня. Это она барига, я только сейчас понял...

- Мы все здесь летаем, — пропел Давит и помахал ему из-за шторы шариком. — Ты хочешь этот шарик, Миша? У нас здесь много шариков, и еще у меня твой кораблик.

- Ладно, харош, — печально сказала Тымашенко, — он уже в Стране вечных реформ. Мне надо позвонить.

Великий Дом Матери Драконов

- Але-але, Микола Янович! — приветливо прощебетала Тымашенка в трубку. — Я так радею вас пачути! Да, да, заскучилась! Как хоришо, что мы з вами балакаем на адним языке! Хи-хи-хи! Так и шо, владу делить будем, чи вы сами как-нибудь назад дачвалаете, гандон старый? А, вам уже падзванили? Кто, Алиначка? Ах, сам? Та вы шо!.. Ну ото тогда и п#здуйте, Микола Янович, дуже радая была я вас пачути, ага, навзаем!

Акварелидзе протянул ей шарик с надписью " Воно працює ". Мать драконов с достоинством взяла его и стремительно вышла на балкон со взволнованным видом.

- Люби мои! — надрывно закричала Тымашенко собравшейся внизу толпе. — Только что власть бариг нанесла предательский удар в спину реформам и порядку!..

Голос ее утонул в возмущенном народном гуле.

Зима была близко, и она уже задолбала.

Василий Рыбников
, Быстрый торрент трекер

Джерело статті: “http://censoru.net/21186-igra-piristolov-v-rybnikov.html” Об этом сообщает ЗОНА НОВОСТЕЙ со ссылкой на СМИ.